 |
Жемчуг луны, одетый в кедровые леса,
Сапфировый снег гор подпирает небеса,
На хризолите тундры ягель серебрится,
В прозрачных озерах небо бледнеет,
Живописен хрустальный хребтов узор,
На островках далеких легенд и стихов,
Солнце, снег и бирюзы без края высота.
"Жемчуг луны". Центральные Саяны. Тофалария.
"Дозарой". Тофалария. Живопись. Холст. Масло. 80-80см.
Русин Сергей Николаевич
Тофалария. Большой Саян
Тофалария. Рожденные для кромки неба и земли
На выставке нас встречают портреты кочевых оленеводов, написанные на фоне горных снежных пиков и возвышенных перевалов. Кто эти люди? Зачем привела их кочевая тропа, к вершинам гор, к туманным перевалам, и к осыпям камней на склонах гольцевых? В чем смысл перекочевок, в умении жить или видеть красоту? Вот вопросы, которые ставит художник Русин Сергей Николаевич, в живописных картинах
Большой Саян играет белизной вечных снегов, горное солнце, в красках заката золотится зубчатый хребет. Жемчужной лазурью залит небосвод бездонный, и не разлучить обнявшихся землю и небо, соединенных на века оленеводов у кочевого костра и звезды небесные. Всматриваясь в картины, создается впечатление, что и мы кочуем вместе с этими людьми, изображенными на живописных холстах. Горы всегда манили к себе людей: что там за перевалом? Какие красоты откроются с новых вершин?
Выставка 2012 года называется «Тофалария. Рожденные для кромки неба и земли». Она результат нескольких сложных походов, которые проходили в разные годы по юго-восточной части Тофаларии. По древним кочевым тропам охотников и таежных кочевых оленеводов. По хребтам гор и вдоль каменистых рек, в высокогорную тундру на вершинах Саян. С походов художник привез новые легенды, предания, амулеты В суровом пространстве таежных белков, течет жизнь, словно сон души за гранью веков. И в центре внимания художника по прежнему, остается человек, охотник и таежный кочевой оленевод, в естественной, родной для него среде гор. Где он ощущает себя единой частью с не тронутой цивилизацией природой. Где он счастлив и где все существа его родные братья и он относится к ним как равным. Не потеряна способность, общается со всеми существами. Он разговаривает со скалами, водой, птицами, зверями, ветром, хвоей, облаками. Для него они все живые. При встрече охотника с первым дуновением осеннего ветра, он приветствуют его как брата. Как к родственным душам он относится и к животным, и здоровается и с волком, как с лучшим давним знакомым.
На картинах блестят бликами снежники, красота сравнима с багульника узорами, когда на них лежит, молча стадо оленей, и кажется зрителю, что удивленное сердце оленевода под амулетом учащенно бьется. В творчестве, художник ставит вечные вопросы жизни. Что лежит в основе выживания в труднодоступных суровых горных условиях? И кистью рассказывает историю взаимоотношений человека и тайги. Наблюдения о повадках и условиях жизни животных и о человеческих чувствах, которые испытывал к ним, и любовь к Северным оленям на кочевых маршрутах, формировали характер этих людей.
На картинах написаны кочующие по горам таежные кочевые оленеводы и наслаждающиеся жизнью, чистым воздухом, прозрачной водой. Их родной дом у гольца, наполняющего вселенную мощью, где звезды обжигают светом. На живописном холсте изображен оленевод, который сидит на кедровой хвое, у кочевого костра, вытянув уставшие ноги, и не спеша греет спину. Поджаривается хариус и кипятится чайник с оленьим молоком и солью. Умелые руки оленевода изготавливают Священный амулет. И иногда блестит на солнце боковой стороной лезвия охотничий нож. У пожилого оленевода доброжелательный характер, добрый и внимательный взгляд, натруженные сжатые в кулаки руки. Сильный характер, самостоятельный склад ума, живая энергия чувства, своя житейская мудрость накопленная годами. Он погружен в свои мысли, но это красноречивое молчание. Все говорит о возможности человека, что можно жить на таежных пространствах, нужно трудиться и верить в силы и ум. На написанном красками холсте светлое пятно, человеческое лицо, оно притягивает и заставляет подойти поближе. Значимость портрету придает взгляд направленный прямо на зрителя. Творческая жажда видеть, знать, чувствовать, дает художнику возможность творчески вжиться в облик оленевода. Благодаря этому оленевод на портрете, как бы ни позирует, а всем своим видом располагает к живому общению, как бы он в действительности был живой. Получился творческий диалог оленевода с художником, и далее со зрителем. Преодолев тысячи километров горных троп и прошедший все перевалы вместе с оленями и получивший уважение людей, он как бы дает напутствие - «перед нами тропа, по которой потечет жизнь рода и жизнь нашей тайги, берегите ее". Рядом висит портрет очаровательной дочери оленевода, она расчесывает густые черные волосы, и мечтает о кочующем счастье. Жена заботливо перебирает кедровые орешки. Сестра лечит маленькой собачке больную лапку. Крепко спит сын, после ночного дежурства и снится ему отражение звезд в лазури небосвода. Рядом с людьми, чутко лежат преданные охотничьи собаки. И в окружении вечных снегов Северные олени, вдыхая облака, касаются копытами вершин, в задумчивых мечтательных дневных перекочевках. Сюжеты картин философски просты и вечны. Это счастливая радость в ярких красках.
Прочитывая сюжеты картин, можно почувствовать, что в неземных видениях оленеводов, вращаясь, земля Саян врастает в небо, и только олени знают, кочуя по перевалам, как играют звезды, сияющие над седыми горами. Серебрится луна, отраженная в снеге, и солнце греет гранитный камень скал, и обжигает с хребта колючий ветер, и дают надежду добрые мифы. В этом первозданном мире, где от творчества, не отвлекают пустые проблемы, оленеводы с удовольствием рассказывают охотничьи байки и истории. Самые интересные рассказы всегда про всеми любимого Волка. Эти животные всегда поражают воображение охотников. С давних времен они почитают волка, восхищались выносливостью и ловкостью матерого зверя. Волки всегда умеют достигать поставленной цели, их выдержка и упорство, всегда нравилась и учила оленеводов. Волки охотятся стаей, также как люди. И зверолов брал пример с их охоты.
Мечтательным облаком, в хрустальной чистоте синего небосвода звучат старинные поверья. Волки были мудрыми существами и знали все тайны таежной жизни. Охотник надел на себя шкуру оленя, чтобы волки не почуяли запах охотника. Найдя завернутого охотника в шкуре оленя, волки утащили ее с собой, намереваясь скормить маленьким волчатам. У логова оленевод предстал перед волками в облике человека. Волки настолько удивились его хитрости, позволили жить в стае и участвовать в охоте. После обучения волки отпустили его домой, чтобы научил свой род тайнам волчьей охоты, силе и таежному могуществу. Но он сильно подружился с волками, и один волчонок ушел вместе с охотником к людям. Они стали жить и охотится вместе. От этого волчонка пошли охотничьи собаки. Они оказались самые преданные и верные помощники охотнику и оленеводу. Сохранилась в горах любовь к собакам и сегодня. В каждой картине человек окружен преданными и верными друзьями, охотничьими собаками. Эти сцены вызывают у нас особые нежные настроения и теплые чувства.
Для нас, городских жителей, остается великою тайной, пространство гор, бесконечное время и кочевая жизнь. Прикованные заповедной чистотой природы мы всматриваемся в живописные полотна. С картины исходит тихая невозмутимость седого кочевого оленевода, непостижимым облаком, устремленное к горным вершинам, и наши мысли, приближая ближе к космосу. Заметно, что таежный кочевой оленевод, очеловечивает природу. Ставит небо, скалы, животный и растительный мир, на одну ступень с собой. И значит, Все мы равны. Потеряв ощущение времени в бесконечном счастье, встретившись с другой, чудесной стороной мира, понимаем, что мы рождаемся вновь с чистым сердцем для творчества. На выставке мы окунулись в часть мира Тофаларии, это было интересно.
